140 лет назад, 1 мая 1885 года написаны строчки «Это май-весельчак, это май-чародей, веет свежим своим опахалом!».
Стихи русского поэт-романтика Константина Михайловича Фофанова (30 мая 1862 — 30 мая 1911 года) пользовалась большой популярностью с середины 1880-х до середины 1890-х годов. Этот период в истории русской поэзии нередко называют «фофановским», поскольку поэзия Фофанова оказалась созвучна распространённым настроениям в обществе. Поэта-романтика можно считать одним из предшественников символистов.
Поэт Фофанов — «яркий представитель почти бессознательного творчества, отдающегося песнопению, «он, как птица поёт» (по-немецки wie der Vogel singt» ). Многие стихотворения поэта Фофанова положены на музыку. Фофанов стремился запечатлеть в своём творчестве мимолётное, неуловимое, иллюзорное, так что можно считать намеренными языковые и стилистические небрежности и вольности, иногда неясность и расплывчатость образов.
Валерий Брюсов написал в некрологе, что Фофанов был «настоящий, прирожденный поэт „Божией милостью“».
Поэтический дар Фофанова высоко ценили и подражали поэты Я. П. Полонский и А. Н. Майков, о его творчестве поэта одобрительно отзывались писатели Л. Н. Толстой и Н. С. Лесков.

 С поэтом-романтиком дружил художник Илья Ефимович Репин, автор портрета Константина Фофанова (1888).

Портрет поэта Фафонова (Олимпов) работы И. Е. Репина, 1916 г.

Репин был крёстным отцом второго сына Фофанова, Константина Константиновича (1889 — 1940 г.г),ставшего тоже поэтом (псевдоним Олимпов), одним из создателей нового направления в поэзии — «вселенского Эго-Футуризма» (этимология: «Alter Ego» — «Бессмертие в вечности» или «Вселенский Эго-Футуризм») В октябре 1911 года Фафонов (Олимпов) вместе с Игорем Северянином создали поэтический кружок «Академия» и издательство «Эго». Давид Бурлюк в своих мемуарах утверждал, что у «несчастного сына Фофанова» Северянин «многое позаимствовал, правда, усилив и по-северянински подчеркнув». 

Несмотря на близость лирики Фофанова к «чистому искусству», ему были не чужды и гражданские темы. Его творчество пронизано глубоким альтруизмом, сочувствием к страдающим и обездоленным, что находило широкий отклик у читателей и вызвало подражания.

По мнению Е. З. Тарланова, новаторство Фофанова состояло в создании «лирического героя нового типа: скованного „земными цепями“ страдающего мечтателя, пронизанного острым ощущением экзистенциального трагизма». Для мировоззрения поэта характерно ощущение трагического дуализма бытия, дисгармонии между реальностью и недостижимой мечтой.

Стихотворение «Май» русского поэт-романтика Константина Михайловича Фофанова.

Май
Бледный вечер весны и задумчив и тих,
Зарумянен вечерней зарею,
Грустно в окна глядит; и слагается стих,
И теснится мечта за мечтою.

Что-то грустно душе, что-то сердцу больней,
Иль взгрустнулося мне о бывалом?
Это май-баловник, это май-чародей
Веет свежим своим опахалом.

Там, за душной чертою столичных громад,
На степях светозарной природы,
Звонко птицы поют, и плывёт аромат,
И журчат сладкоструйные воды.

И дрожит под росою душистых полей
Бледный ландыш склоненным бокалом,
Это май-баловник, это май-чародей
Веет свежим своим опахалом.

«В литературных кружках вдруг заговорили о новом поэте. Несколько дней подряд встречали друг друга вопросом: «Читали „Звезды ясные, звезды прекрасные“? Какая прелесть!»  И каждый декламировал легко запоминающееся, как бы просившееся в песню знаменитое стихотворение». (Меньшиков М. М. Поэт нашего поколенья // Газета «Новое время». — СПб., 1911, 12 мая. — С. 4).

Звезды ясные, звезды прекрасные
Нашептали цветам сказки чудные,
Лепестки улыбнулись атласные,
Задрожали листы изумрудные.

И цветы, опьяненные росами,
Рассказали ветрам сказки нежные, —
И распели их ветры мятежные
Над землей, над волной, над утесами.

И земля, под весенними ласками
Наряжаяся тканью зеленою,
Переполнила звездными сказками
Мою душу, безумно влюбленную.

И теперь, в эти дни многотрудные,
В эти темные ночи ненастные,
Отдаю я вам, звезды прекрасные,
Ваши сказки задумчиво-чудные!..

Декабрь 1885 г.

Грёзы.

Вездѣ живутъ больныя грёзы
Моей взволнованной души:
Онѣ поютъ въ кудряхъ березы,
Онѣ безмолвствуютъ въ тиши,
Онѣ влекутся съ хороводомъ
Безсмертныхъ звѣздъ по небесамъ,
Онѣ горятъ по синимъ водамъ —
Подобно свѣтлымъ маякамъ,
Онѣ бесѣдуютъ съ богами,
Мерцаютъ въ блескѣ юныхъ глазъ,
Когда исполненный страстями
Сижу съ тобой въ вечерній часъ.
И тамъ, за сѣнью гробовою,
Онѣ заблещутъ предо мной,
Неумирающей звѣздою,
Неугасимою зарей.

СОНЕТ

Когда задумчиво вечерний мрак ложится,
И засыпает мир, дыханье притая,
И слышно, как в кустах росистых копошится
Проворных ящериц пугливая семья;

Когда трещат в лесу костров сухие сучья,
Дрожащим заревом пугая мрачных сов,
И носятся вокруг неясные созвучья,
Как бы слетевшие из сказочных миров;

Когда, надев венки из лилий и фиалок,
Туманный хоровод серебряных русалок
Хохочет над рекой, забрызгав свой убор;

Когда от гордых звезд до скромных незабудок
Всё сердце трогает и всё пугает взор, —
Смеется грустно мой рассудок.

1891