Известный художник Исаак Левитан и писатель Антон Чехов долгое время были близкими друзьями. Их дружба началась, когда оба были еще молодыми, и длилась до конца столь короткой жизни художника-пейзажиста Исаака Ильича Левитана (1860 – 1900) и чуть более продолжительной жизни великого писателя Антона Павловича Чехова (1860 – 1904).

Их познакомил Николай Чехов, старший брат Антона, который учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. В стенах МУЖВиЗ сложилась дружная компания Исаак Левитан, Николай Чехов, Франц Шехтель и братья Коровины. Чуть позже к ним присоединится и Антон Чехов.

Между Исааком Левитаном и Антоном Чеховым установились довольно своеобразные отношения – они любили поддразнивать друг друга, сочиняя прозвища и шутливые ситуации.

И. Левитан.- 1880. В центре – Портрет Софьи Петровны Кувшинниковой, 1888. Справа – Портрет Антона Чехова, 1890

Однако после публикации в январе 1892 года рассказа Чехова «Попрыгунья» в журнале «Север» (№ 1 и №2) между друзьями неожиданно разразился скандал. Читающая публика без труда узнали в героях рассказа известного художника Левитана и его возлюбленную, замужнюю даму Софью Кувшинникову.

Вся московская богема обсуждала вынесенный на публику сюжет из реальной жизни, рассказ Чехова называли «пасквилем», а Левитан, подогреваемый страстями, собрался вызвать друга на дуэль.

Исаак Левитан и Софья Кувшинникова

В 1880-е гг. в среде московской богемы имя Софьи Кувшинниковой (1853-1907) было широко известным – она была хозяйкой литературно-артистического салона, который посещали Илья Репин, Антон Чехов, М. Ермолова, Владимир Гиляровский, А. Южин и многие другие известные артисты, художники и писатели.

Однажды «на каланчу» (квартира располагалась под крышей пожарной каланчи) привели молодого художника Исаака Левитана. Несмотря на более чем десятилетнюю разницу в возрасте, у хозяйки салона Софьи завязались с ним романтические отношения.

Софья Кувшинникова

Младший брат Антона Чехова так описывал Кувшинникову:

«Это была не особенно красивая, но интересная по своим дарованиям женщина. Она прекрасно одевалась, умея из кусочков сшить себе изящный туалет, и обладала счастливым даром придать красоту и уют даже самому унылому жилищу, похожему на сарай».

Жена Чехова, Ольга Леонардовна Книппер-Чехова соглашалась:

«В Кувшинниковой имелось много такого, что могло нравиться и увлекать. Красотой она не выделялась, но была безусловно интересна – оригинальна, талантлива, поэтична и изящна. Можно вполне понять, почему увлекся ею Левитан».

Софья Кувшинникова была замужем за полицейским врачом, который был терпелив и долгое время закрывал глаза на её роман с Левитаном. Софья была художницей-любительницей, и под предлогом уроков живописи часто уезжала на этюды со своим учителем Левитаном на Волгу.

Герой чеховского рассказа «Попрыгунья» художник Рябовский также давал уроки Ольге Ивановне, жене доктора Осипа Дымова, они также ездили на Волгу на этюды, и между ними был длительный роман. В остальных персонажах узнали себя многие посетители салона Кувшинниковой. Чехов оправдывался, как мог:

«Можете себе представить, одна знакомая моя, 42-летняя дама, узнала себя в двадцатилетней героине моей «Попрыгуньи», и меня вся Москва обвиняет в пасквиле. Главная улика – внешнее сходство: дама пишет красками, муж у неё доктор и живёт она с художником». – писал Чехов в письме в 1892 г.

Однако сходство было не только внешним, главная героиня рассказа Чехова «Попрыгунья»  почти дословно повторяла в речи любимые слова и выражения Кувшинниковой, она была так же экстравагантна и оригинальна, хотя и куда более легкомысленна и поверхностна, чем её прототип. Писатель пытался отшучиваться:

«Моя попрыгунья хорошенькая, а ведь Софья Петровна не так уж красива и молода».

Исаак Левитан был настолько разгневан, что хотел вызвать Чехова на дуэль, но знакомые отговорили его от этого опрометчивого решения. На несколько лет их общение прекратилось. Отношения Левитана с Кувшинниковой тоже были обречены. После 1894 г. Левитан и Кувшинникова больше не виделись, но Софья Петровна всегда вспоминала о нём с теплотой и благодарностью.

Охотники на привале, Василий Перов, 1871 год

Муж Софьи Петровны, Дмитрий Павлович Кувшинников изображён слева на картине Василия Перова «Охотники на привале». Фёдор Михайлович Достоевский в своих дневниках также упоминал о картине:

«Картина давно уже всем известна: „Охотники на привале“; один горячо и зазнамо врёт, другой слушает и из всех сил верит, а третий ничему не верит, прилег тут же и смеется… Что за прелесть! <…> Мы ведь почти слышим и знаем, об чём он говорит, знаем весь оборот его вранья, его слог, его чувства».

Художник Левитан пользовался большим успехом у женщин, и вскоре  у него завязался новый роман в 1894 г., тоже едва не закончившийся трагически: запутавшись в чувствах к Анне Турчаниновой и её дочери Варваре, Левитан пытался покончить с собой.

Отношения между друзьями удалось наладить. Помирить Чехова и Левитана смогла писательница Т. Щепкина-Куперник, которая устроила им встречу и заставила подать друг другу руки.

Антон и Мария Чеховы у парадного входа Белой дачи.

Исаак Левитан делал предложение руки и сердца Марии Павловне, родной сестре Антона Чехова, но брат отговорил её от этого брака.
Исаак Левитан единственный раз в жизни решил жениться и посваталась к… Марии Павловне Чеховой, сестре Антона. Кстати, Антон писал о сестре:

«Это единственная девица, которой искренно не хочется замуж».

Мария Чехова

Как вспоминала сама Мария Павловна о признании Левитана:

«Иду я однажды по дороге из Бабкина к лесу и неожиданно встречаю Левитана. Мы остановились, начали говорить о том, о сем, как вдруг Левитан бух передо мной на колени и… объяснение в любви. Помню, как я смутилась, мне стало чего-то стыдно, и я закрыла лицо руками.

— Милая Маша, каждая точка на твоём лице мне дорога… — слышу голос Левитана.

Я не нашла ничего лучшего, как повернуться и убежать от него. Целый день я сидела расстроенная в своей комнате и плакала, уткнувшись в подушку. К обеду, как всегда, пришёл Левитан. Я не вышла. Антон Павлович спросил окружающих, почему меня нет. Миша, подсмотревши, что я плачу, сказал ему об этом. Тогда Антон Павлович встал из-за стола и пришёл ко мне:

— Чего ты ревешь?

Я рассказала ему о случившемся и призналась, что не знаю, как и что нужно сказать теперь Левитану. Брат ответил мне так:

— Ты, конечно, если хочешь, можешь выйти за него замуж, но имей в виду, что ему нужны женщины бальзаковского возраста, а не такие, как ты.

Мне стыдно было сознаться, что я не знаю, что такое «женщина бальзаковского возраста».

Мария Чехова не вышла замуж, отказалась от карьеры художницы, хотя училась у Коровина и Серова и писала акварелью так, что сам Левитан хвалил: «Экие вы, Чеховы, талантливые». Единственное, чем Мария занималась за порогом дома, — преподавала историю и географию в частной женской гимназии, но по последнему звонку бежала в семью и до утра жила только делами и заботами своего брата.